Вероятные очаги распространения индоевропейцев


> > Очаги миграций индоевропейцев
Праиндоевропейский корнеслов: A | B | Bh | D | Dh | E | G, G̑ | Gh, G̑h | Gw | Gwh | I, Y | K, K̑ | Kw | L | M | N | O | P | R | S | T | U, W
Русско-индоевропейский словарь: Б | В | Г | Д | Е, Ё | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Х | Ц | Ч | Ш | Э | Я
Этимологические словари-источники: Покорного | Старостина | Коблера | Уоткинса | Wiki
Словари древних и.-е. языков: Авест. | Вен. | Гот. | Др.-греч. | Др.-ирл. | Др.-макед. | Др.-перс. | Иллир. | Лат. | Оск. | Пали | Прус. | Др.-инд. | Ст.-слав. | Тохар. | Умбр. | Фрак. | Фриг. | Хетт. | Ятв.

Страница, посвящённая т.н. "индоевропейской проблеме", т.е., поиску прародины носителей индоевропейских языков, членению языковой праобщности индоевропейцев и путям распространения их племён.

Ниже смотрите библиографию по этой теме.

Основные модели индоевропейской прародины
A: северо-европейская модель; B: южно-анатолийская модель Ренфрю;
C: центрально-европейская модель; D: волжско-уральская модель.

Перечислим гипотетические очаги зарождения индоевропейцев с севера на юг (и укажем соответствующую модель на рисунке выше).

Гипотетические ареалы праиндоевропейской колыбели

Не исключено, что все эти "прародины" были последовательными (возможно - именно в данной последовательности), причем, на предыдущей могла оставаться часть индоевропейцев, становясь в будущем субстратом для следующих волн индоевропейцев-потомков. Это предположение подтверждается будущей этнодемографической историей этого евро-анатолийского региона, где часто происходили переселения из Заволжья в Причерноморье, из Причерноморья на Балканы, с Балкан в Малую Азию.

Иногда эти индоевропейские колыбели-очаги объединяют в более обширный ареал - так появилась теория о Циркумпонтийской провинции - единой материально-культурной зоне вокруг Чёрного моря, включающей в себя Анатолийский (B), Балканский (C) и Понтийский (D) миграционные центры праиндоевропейцев.

Чёткую концепцию нескольких (четырёх) индоевропейских прародин выдвигал Владимир Александрович Сафронов. По его мнению (основанному на выводах языковедов), локализация и последовательность их такова:

  1. карпато-полесская прародина евразийцев и археологический эквивалент — свидерская культура IX тысячелетия до н. э.;
  2. восточно-средиземноморская-малоазийская прародина ранних праиндоевропейцев и археологический эквивалент — Бейда, Иерихон Б, Чатал-Гуюк — VIII—VI тыс. до н. э.;
  3. балкано-дунайская прародина и древнейшая цивилизация праиндоевропейцев — культура Винча, конец V—IV/III тыс. до н. э.;
  4. позднеиндоевропейская прародина в Центральной Европе — археологический эквивалент культура Лендьел и культура воронковидных кубков — АВ, IV и IV/III тыс. до н. э.

Считается, что В.А.Сафронов основал свою концепцию на выводах языковедов, но, на самом деле, самым важным здесь является привязка к археологическим культурам и вытекающая из этого возможность датирования.

Как следствие, можно попытаться и приведённый выше список из 5 очагов приявязать к определённым верхнепалеолитическим, мезолитическим и неолитическим культурам.

Пока же в итоге получается, что раннеиндоевропейский мир включал различные субрегионы, разбросанные в пространстве от Прибалтики до Анатолии, а на востоке захватывающие степные районы; во времени он помещался между тем, что обозначается как индоевропейская общность, и появлением основных групп индоевропейских языков. Возможность объединения этих разрозненных географических элементов в единую «теорию поля», похоже, так же далека от индоевропеистов, как и построение сходной теории в физике.

Разделы страницы об индоевропейских прародинах:

Обзоры каждой из гипотез взяты в большой части из работы Дж. П. Мэллори Индоевропейские прародины (Вестник древней истории. - М., 1997. - № 1. - С. 61-82).


Южноуральская или заволжская прародина индоевропейцев ("курганная гипотеза")

Южно-уральский очаг миграций индоевропейцев Распространение колесниц и курганов с Южного Урала

Коррелирует с индо-уральскими или индо-эскимосскими генетическими связями. Носителей этой языковой общности можно условно назвать "индо-тохарами".

Поскольку миграции индоевропейцев начались с развитием коневодства, а их всплеск возник после изобретения колесных повозок, по-видимому, где-то в зауральных степях, то южноуральская локализация прародины индоевропейских племен более обоснована.

Балтийско-каспийская прародина индоевропейцев

Балтийско-понтийский вариант гипотезы

Время: мезолит. Эта гипотеза (обозначаемая как «модель 1») объединяет два региона, в которых позднее отмечаются перемещения групп населения и/или однородность культур на больших территориях, ассоциируемая с языковой общностью, из которой произошли многие индоевропейские языки.

Североевропейская часть этой модели охватывает предполагаемый континуум, который идет от культуры TRB и культур шаровидных амфор и шнуровой керамики позднего неолита к группе культур бронзового века - Унетиче > культура погребальных холмов > культура полей погребальных урн.

Эта модель включает обширный ареал Северной и Центральной Европы и может отражать более поздние миграции кельтов, германцев, балтов и славян, возможно, также италийцев и иллирийцев. Восточная территория, согласно этой модели, захватывает степные и лесостепные районы причерноморско-каспийского ареала, т.е. культуры Средний Стог-Хвалынск-Ботай, а также более поздние ямную, катакомбную/полтавкинскую и в период поздней бронзы - срубную и андроновскую культуры, которые предполагают миграции из европейских степей через Казахстан в Центральную Азию и дальше на восток. Развитие этой области могло происходить при участии индоиранцев позднего периода, возможно, фракийцев, даков, тохар, а в том случае, если мы допускаем возможность экспансии населения степных областей в Юго-Восточную Европу/Анатолию в период энеолита и ранней бронзы, то также и анатолийцев, фригийцев, армян и греков. Эта модель прародины удобна для тех, кто предполагает генетическое родство или ранние контакты между индоевропейской и уральской языковыми семьями.

Оценка гипотезы:

  1. Временная глубина этой гипотезы обычно соотносится с мезолитом. Поэтому трудно понять, каким образом у населения на территории от Балтийского моря до Черного (или Каспийского) могла в это время существовать общая лексика для обозначения домашних растений, животных, а также терминов, связанных с технологией позднего неолита/ранней бронзы, таких, как для колесного транспорта. Не более вероятно и допущение заимствования этих слов (никак не отразившегося на их облике) спустя тысячелетия.
  2. Гипотеза не предполагает наличия неиндоевропейского населения на рассматриваемой территории, хотя известно немало публикаций, посвященных неиндоевропейской субстратной лексике в Северной и Центральной Европе.
  3. Миграции из рассматриваемого ареала не вступают в противоречие со схемой диалектных связей индоевропейского континуума, т.е. можно по крайней мере предложить картину центробежного движения из этого ареала, которая будет соответствовать группировке основных представителей индоевропейской языковой семьи.
  4. Эта гипотеза удобна для реконструкции доистории индоевропейских языков большей части Европы и Азии, поскольку она предполагает минимальные перемещения групп населения с тех территорий, где они обнаружены позднее. Однако применительно к индоевропейским языкам Балкан, Греции и Анатолии некоторые фрагменты модели требуют пересмотра.
  5. С точки зрения археологии территория прародины является искусственным конструктом и состоит по меньшей мере из двух отличающихся друг от друга культурных ареалов начиная уже с эпохи мезолита. Другими словами, нет никаких культурно-исторических оснований предполагать использование единого языка мезолитическим населением от Прибалтики до Каспийского моря. Нет также оснований говорить о наличии зоны контактов в этом ареале, о сходном физическом типе или каких-то других явлениях, которые позволяли бы сделать вывод о существовании языковой общности.

Может показаться привлекательным комбинирование по крайней мере 2/3 разрозненных географических элементов головоломки балтийско-причерноморской гипотезы (модель 1), так как в этом случае отпала бы необходимость допущения миграций групп населения или его элиты через днестровско-днепровскую границу, поскольку она оказалась бы в центре территории прародины. Но есть ли какие-то основания (кроме акта картографического творения «да будет...»), позволяющие обводить кружком различные культуры от Прибалтики до Причерноморья или Прикаспия и заявлять, что все они - индоевропейские? Во всем этом ареале не только не обнаруживаются общие мезолитические традиции или технологии, но, очевидно и сходство антропологических типов; пресловутые мощно сложенные протоевропейцы уже не связываются с днестровско-днепровским регионом. Реконструированный словарь индоевропейских культурных терминов свидетельствует о том, что для придания достоверности этой гипотезе надо показать, чем объясняется сходство начальной стадии неолитического производства и последующего развития технологии в Центральной и Северной Европе, а также в причерноморско-прикаспийском ареале. Так как это является камнем преткновения и для других гипотез, обойти его будет трудно.

Неолитическая модификация балтийско-понтийской модели

Временная глубина этой гипотезы может быть сдвинута к неолиту, что сняло бы противоречие первого пункта. С другой стороны, Центральная Европа и степная зона настолько различны в культурном отношении (это признают сторонники данной теории), что возникают сомнения в их общей языковой основе.

На самом деле замена мезолита на неолит влечет за собой почти столько же вопросов, сколько и решает. Например, трудно отделить начало неолита на Дунае от неолитических культур Юго-Восточной Европы, а в таком случае - также от Анатолии и Западной Азии. Более того, изменение временной глубины (переход к более позднему периоду) вообще преобразует данную гипотезу в другую. Нежелание сдвинуть хронологические границы индоевропейской общности к неолиту вызвано признанием (сторонниками этой гипотезы) того факта, что степная зона в культурном отношении отличается от остального ареала и что будет крайне сложно построить археологическую модель, которая бы отражала тесные культурные связи между Центральной Европой (или Балканами) и степными районами, ни для начала неолита, ни для всего этого периода.

Причерноморская прародина индоевропейцев

Коррелирует с индо-уральскими генетическими связями. Условно - "протоарии". Время: энеолит, около 4500-3000 гг. до н.э. [62].

Гипотеза согласуется с широко распространенным мнением, что ранние индоевропейцы были подвижными скотоводами, а не оседлыми земледельцами. Предлагаемая локализация прародины устраивает тех, кто считает, что наиболее тесные внешние связи у индоевропейского праязыка обнаруживаются с уральским и северокавказским. В степях и лесостепях причерноморско-прикаспийского ареала возникли обширные культурные комплексы, которые могут рассматриваться как сферы взаимодействия в пределах единой языковой семьи. Археологически доказывается движение из этого региона в западном направлении - на Балканы и в восточном - в Казахстан. Стимулом к началу миграций могла стать очень мобильная экономическая стратегия при наличии социальной организации, способной ассимилировать и подчинить себе различные этноязыковые группы.

Оценка:

  1. Датировка индоевропейской прародины энеолитом, т.е. V-IV тыс. до н.э., не противоречит ни временной глубине индоевропейского праязыка, допускаемой лингвистами, ни реконструируемой общеиндоевропейской лексике, например, терминам для обозначения колесного транспорта, лошади и конных передвижений, вторичных продуктов и т.д.
  2. Данный ареал, письменные памятники которого известны только начиная с железного века, в доисторическое время не был заселен неиндоевропейцами, хотя позднее туда вторгались тюркские племена.
  3. Центробежные индоевропейские миграции из причерноморско-прикаспийского центра хорошо согласуются с наиболее существенными взаимосвязями индоевропейских языков и признаются большинством лингвистов [63].
  4. Данная модель объясняет локализацию (в историческое время) всех индоевропейских языков как в Европе, так и в Азии, т.е. заполняет культурный «пробел» (Днестр-Днепр).

Археологические данные убедительно свидетельствуют о притоке населения из степных областей на запад - до р. Тисы и на Балканы. Все последующие миграции на запад или на север, например, в кельтском, германском, балтийском и, возможно, славянском исторических ареалах, основаны на данных, которые не укладываются в общую картину и потому часто не принимаются в расчет, например, распространение одомашненной лошади, колесного транспорта, оборонительной архитектуры, курганных погребений, боевых топоров, захоронений животных и т.д. Так же ненадежны свидетельства миграции на юг, в Анатолию. Более убедительно выглядят данные о миграциях причерноморско-прикаспийских скотоводов в азиатские степи и, возможно, в ареал среднеазиатских городских центров, однако пока трудно доказать движение степных народов в исторические области индоарийцев и иранцев (на территории самого Ирана).

Выводы. Сразу надо отказаться от искушения заключить, что последняя гипотеза является наиболее вероятной. Определяя рамки нашего очерка, разумно оставить за его пределами все неархеологические аспекты проблемы (как периферийные по отношению к ней) и сосредоточить внимание на одном из ключевых археологических моментов каждой гипотезы. Рассмотренные в статье археологические модели не учитывают одну общую проблему, которую Г. Пик и Г. Флер, возможно, излишне упрощая картину, но тем не менее четко определили как оппозицию «степь - пашня». Эта дихотомия может показаться крайностью, однако общепризнано, что траектории европейских культур неолита и бронзы очень отличаются от причерноморско-прикаспийских. Однако для конца неолита и для эпохи бронзы возникает необходимость создания общей модели, которая бы охватывала оба ареала и позволяла объяснить, почему они должны соотноситься с одной и той же языковой семьей, давшей начало большинству известных индоевропейских языков. Предлагаемый культурный «водораздел» проводится где-то между Днестром и Днепром, и его надо каким-то образом преодолеть.

Две гипотезы - анатолийская (модель 2) и центральноевропейская/балканская (модель 3) пытаются сделать это с запада, причерноморско-прикаспийская (модель 4) - с востока, а сторонники балтийско-причерноморской гипотезы (модель 1), не находя свободного пространства между траекториями неолитических культур, сдвигают хронологические границы в мезолит.

Если рассматривать гипотезы в обратном хронологическом порядке, то причерноморско-прикаспийская модель будет описывать наиболее поздний «прорыв» днестровско-днепровского барьера. Этот «прорыв» происходит около 4000 г. до н.э., и следует отметить, что давно ушло в прошлое то время, когда это связывалось исключительно с движением носителей ямной культуры на запад, т.е. с явлением III - начала II тыс. до н.э. Трудно отрицать миграции населения на Балканы: для этого пришлось бы исключить все позитивные археологические свидетельства. Надежные свидетельства миграций обнаруживаются вплоть до р. Тисы; за ней вся реконструкция вторжения «курганных племен» выглядит гораздо более проблематичной и неубедительной. Самое поразительное то, что погребения степного типа встречаются обычно в контексте, напоминающем степные условия. Из этого следует, что вторжения степных племен могли сдерживаться экологическими факторами. Более того, движение степного населения на запад подтверждается историческими источниками. Самый наглядный пример - миграции и расселение сарматских племен в течение железного века, однако это, конечно, не привело к распространению иранского языка к западу от причерноморских степей и, тем более, к иранскому господству в Восточной Европе. Если Д. Антони прав, полагая, что использование лошадей для передвижений явилось стимулом для миграций, но могло иметь определенные географические ограничения, то придется согласиться с тем, что так называемая «курганная» гипотеза едва ли поможет решить проблему происхождения большинства индоевропейских народов за пределами Балкан. Но о слабости этой гипотезы можно говорить только в том случае, если мы допустим, что причерноморско-прикаспийская гипотеза основывается исключительно на использовании конного транспорта.

Балканская прародина индоевропейцев ("фракийский центр")

Южно-уральский очаг миграций индоевропейцев

Коррелирует с индо-тирренскими или индо-уральскими генетическими связями. Условно эту балканскую языковую общность индоевропейцев можно назвать "индо-фракийской".

Что примечательно, эта схема миграций включает в себя все остальные гипотетические очаги распространения индоевропейцев (по цепочке).

Время: ранний неолит, около 5000 г. до н.э. [60]. Локализация прародины в Центральной Европе, включая Балканы, устраивает тех лингвистов, которые являются приверженцами принципа «центра тяжести». Она также позволяет предположить существование достаточно близко расположенной зоны контактов индоевропейских языков с уральскими или северокавказскими, постулируемой некоторыми лингвистическими моделями.

С точки зрения археологии это область культуры ленточно-линейной керамики, распространенной в обширном ареале Европы от атлантического побережья до Украины и демонстрирующей удивительную однородность, которая могла бы свидетельствовать (но крайней мере, так считают некоторые исследователи) о наличии языковой общности. Со временем в Подунавье и на Балканах отмечаются все более поздние культурные элементы, которые восстанавливаются для индоевропейского праязыка к IV тыс. до н.э.

Оценка:

  1. Временная перспектива этой гипотезы в целом согласуется с большинством хронологических моделей индоевропейского языка.
  2. Данная локализация прародины не наталкивается на трудности, связанные с присутствием неиндоевропейских народов со времени самых ранних письменных источников. Но при этом есть основания предполагать наличие неиндоевропейского субстрата в Центральной Европе и на Балканах.
  3. Миграции из этого ареала могут быть приведены в соответствие с диалектными связями индоевропейских языков.
  4. Слабость рассматриваемой модели заключается в том, что она не в состоянии описать индоевропейские языки Азии и вообще неудовлетворительно отражает продвижение индоевропейских народов на восток от Днепра.
  5. Археологические свидетельства могут быть использованы в качестве доказательства для большей части Северной и Западной Европы. Однако будет нелегко (хотя и возможно) доказать распространение придунайских или балканских культур в Анатолию или же - через степь - в области если не прародины, то по крайней мере исторического обитания индоиранцев и тохар. Следует отметить, однако, что у этой модели есть множество вариантов, и среди них многие могут выбрать модель, основанную на культуре линейно-ленточной керамики, которая в эпоху неолита развивалась независимо от неолитических культур Юго-Восточной Европы, хотя и испытала с их стороны влияние в области сельского хозяйства и технологии.

Малоазийская и/или закавказская прародина индоевропейцев

Закавказский очаг миграций индоевропейцев

Коррелирует с индо-тирренскими или индо-картвельскими генетическими связями. Условно - "индо-хетты".

Время: ранний неолит, около 7000-6000 гг. до н.э. [51]. Эта теория предполагает значительные миграции индоевропейского населения, включая «передовые отряды», благодаря которым носители индоевропейских языков распространились на обширных территориях Европы из ареала (Анатолии), в котором индоевропейцы известны с эпохи бронзы. Механизм этих миграций соотносят с распространением нового хозяйственного уклада, основанного на использовании домашних растений и животных. Это должно было привести к росту численности населения. В результате демографического взрыва массы населения устремились из Анатолии в Европу и Азию, при этом мигранты-земледельцы были носителями более высокой технологии, что, как полагают, позволило им ассимилировать местное население охотников-собирателей.

Эта гипотеза объединяет народы Балкан (и, возможно, Подунавья) и Анатолии, между которыми в эпоху неолита отмечается сходство физического типа и культур, что могло бы свидетельствовать в пользу общего языкового прошлого. Локализация прародины по этой гипотезе хорошо согласуется с данными внешних связей индоевропейской языковой семьи с семитской и картвельской.

Оценка:

  1. Данная гипотеза предполагает индоевропейские миграции с начала неолита и постулирует существование индоевропейских культур в районах Евразии, для которых в предполагаемое время не восстанавливаются хронологически информативные общеиндоевропейские термины. Например, родственные слова, обозначающие лошадь, представлены почти во всех группах индоевропейских языков (от Ирландии до Китайского Туркестана), однако это животное неизвестно в Анатолии до IV тыс. до н.э., а в Греции - до эпохи бронзы (наличие соответствующего слова в греческом в таком случае объяснялось бы длительным сохранением его в языковой памяти народа). Еще более важные термины для колесного транспорта не подтверждаются столь ранним археологическим материалом, однако представлены среди унаследованной лексики в анатолийских языках. Расхождение индоевропейских языков около 7000 г. до н. э. дает гораздо более ранние даты, чем те, которые обычно принимаются лингвистами на основании интуитивных оценок временной глубины индоевропейского праязыка.
  2. Со времени появления первых письменных свидетельств анатолийская прародина оказывается в пределах либо на непосредственной периферии неиндоевропейского населения - хаттов, чью территорию заняли хетты, и хурритов в Восточной Анатолии. Хаттский и хурритский языки кардинально отличаются от индоевропейских и не дают никаких оснований предполагать, что они могли существовать в кругу родственных диалектов в начале неолита. Хеттологи, исходя из лингвистических соображений и свидетельств хеттских текстов, считают хеттов пришельцами, а не автохтонами в Анатолии. С другой стороны, лингвистические свидетельства хранят молчание относительно доистории Западной Анатолии, а с ней некоторые исследователи предлагают связывать индоевропейскую прародину.
  3. Неолитические миграции, постулируемые, например, К. Ренфру, нарушают картину взаимосвязей индоевропейских языков: предполагаемое переселение народов не всегда согласуется с изоглоссами между индоевропейскими языками; предлагаемые исторические связи и линии развития вступают в противоречие с лингвистическим материалом, например, в том, что касается тесных связей анатолийского с греческим, греческого с италийским и т.п. Можно построить дополнительную модель вторичной прародины в Юго-Восточной Европе для всех индоевропейских языков, кроме анатолийских, которая лучше соотносилась бы со схемой диалектных связей между группами индоевропейских языков.
  4. Эта гипотеза хорошо согласуется с данными археологии для европейских народов, но сталкивается с серьезными проблемами, когда речь заходит об индоевропейском населении Азии. Например, К. Ренфру в соответствии со своим «планом А», выводит их с Ближнего Востока в эпоху неолита, вопреки тому факту, что между его «прародиной» и историческими местами обитания индоиранцев располагалось исторически засвидетельствованное неиндоевропейское население (эламиты, шумеры, дравиды), которое со всей очевидностью должно было предшествовать появлению индоевропейцев. «План Б» К. Ренфру предусматривает миграции с Балкан в причерноморско-прикаспийские степи, что, по мнению многих исследователей, противоречит археологическим свидетельствам, которые демонстрируют два мира, очень различающихся в культурном и антропологическом отношениях, и отсутствие притока населения (если же он и происходил, то в направлении с востока на запад).
  5. Археологические критерии связываются с направлением миграций населения. Это допустимо для многих районов Европы, а, если признать возможность аккультурации, то и для большей части Европы. К этому добавились аргументы генетиков, проанализировавших в качестве первой исходной составляющей совокупность частот 95 генов у современного населения Европы и пришедших к заключению о миграциях из Юго-Западной Азии к Атлантическому побережью Европы. Однако эти выводы не обязательно относятся к миграциям, связываемым с зарождением и распространением сельского хозяйства. Они могут отражать и что-то другое, например, расселение современного homo sapiens, потомка «африканской Евы», через Юго-Западную Азию. Более того, возникает вопрос, насколько генетические карты могут действительно использоваться в качестве независимой поддержки археологически фиксируемых миграций, так как карта, подготовленная на основе второй исходной составляющей, указывает (при отсутствии противоречащих археологических свидетельств) на миграции из Финляндии к Иберии (или обратно)! Оценка генетической карты, не соответствующей схемам миграций, и лингвистические связи, предлагаемые для рассматриваемой гипотезы, были подвергнуты статистическому анализу.

Западная модификация закавказско-анатолийской гипотезы

Анатолийский очаг миграций индоевропейцев

Эта гипотеза может быть (и была) модифицирована, что приведет к сглаживанию некоторых противоречий. Если миграции населения ограничить Западной Анатолией, Балканами и Подунавьем и рассматривать этот ареал в качестве зоны языковых контактов с VII по IV тыс. до н.э., тогда можно будет предположить, что многие общеиндоевропейские термины относились к культурной лексике, бытовавшей в этом ареале. Локализация прародины в более западных областях Анатолии (где археологические свидетельства, судя по всему, довольно скудны) позволяет избежать необходимости выведения самых ранних индоевропейцев с территорий, занятых неиндоевропейскими народами, например, хаттами или хурритами.

Эта гипотеза не пытается объяснить распространение всех индоевропейских диалектов в эпоху неолита, но допускает их расхождение в более поздний период - в эпоху бронзы и железа. Она предлагает различные траектории перемещения индоевропейских народов, которые могут быть соотнесены с лингвистическими связями. Так, кельтский и италийский выводятся из Подунавья, а не из схематической последовательности Греция > Италия > Франция. Преобразованная модель могла бы также включать зону контактов в Северном Причерноморье. Это помогло бы обойти проблемы, связанные с объяснением неолита/энеолита евразийских степей исключительно посредством (незасвидетельствованных) миграций населения с Балкан.

Списки индоевропейских прародин у разных авторов

Список индоевропейских прародин у Сафронова

Нашел в работе археолога В. А. Сафронова "Индоевропейские прародины" (1989) ретроспективу локализации прародины индоевропейцев в историографии. Может быть окажется полезной, как некий свод. Много букв :) Note: В скане в одном месте кажется есть обрыв, не хватало страницы минимум, я его отметил.

Список возможных прародин индоевропейцев в Азии

Азиатская прародина индоевропейцев локализовалась исследователями в 7 регионах азиатского континента:

  1. Индия. Выдвигалась в качестве прародины Шлегелем (Шрадер, 1886, с. 6, 7), Шлейхером (А. Шлейхер, 1861-1862) на основании большей древности санскрита по данным лингвистики. Младограмматики доказали ошибочность этого положения. После этого, а также уста новления, что до прихода ариев Индию населяли дравидоидные племена, гипотеза оказалась излишней.
  2. Склоны Гималаев считали прародиной на основании архаичности ведического языка, отсутствия в Ригведе указаний на значительную удаленность прародины и на основании сопоставлений флоры и фауны прародины и географии растений и животных (Клапрот: Шрадер, с. 9-10). Однако после изучения более молодого (на 3000 лет) литовского языка, стало ясно, что архаичность ведического языка не является исключительной, а с открытием более древнего и архаического хеттского языка это положение отпало и вовсе. Ряд представителей флоры (осина, тисе, бук) и фауны (бобр, тетерев) отсутствует в Гималаях и близких к ним районах. Таким образом, предложенная локализация также оказывается неприемлемой (Шрадер, 1886; Мэллори 1973, с. 21-66).
  3. Согдиана и бассейны Яксарта и Оксуса (Центральная Азия) указывались в ряде работ при локализации и. е. прародины на основании сомнительных данных исторической географии (Киперт, Пикте: Мэллори, 1973, с 21-66; Шрадер, 1888, с. 24-26, 143), мнимого соседства с прародиной семитов (Гоммель, Кремер: Шрадер, с. 60-62), об обмелении моря (Кири, 1921), находящихся в непосредственной связи с и. е. прародиной, а также возможности ознакомления индоевропейцев с домашней лошадью в указанных районах (Копер, 1935, с. 1-32). Этот сомнительный набор отдельных признаков не выдерживает критики, а локализация прародины в этом районе исключается на основании отсутствия здесь основных представителей ее флоры (осина, береза, тис, бук, вереск) и фауны (бобр, тетерев). Одомашнивание лошади произошло в Европе в IV тыс. до н. э. Из азиатских территорий лишь Элам может претендовать на приручение лошади. Данные Авесты относятся лишь к прародине ариев (К. Паапе, 1906), но не к общеиндоевропейской. Однако "аргумент бобра", почитаемого на арийской прародине, не позволяет поместить ее в данной области. Азиатские степи исключались из зоны поиска прародины (Флор: Мэллори, 1974, с. 21-66), поскольку они были заняты, по его мнению, монголоидным и тюркоязычным населением. В настоящее время это мнение находится в резком противоречии с данными антропологии, устанавливающими в степи европеоидное население (афанасьевская и андроновская культуры).
  4. Месопотамия, предложенная Момзеном в качестве прародины индоевропейцев дань панвавилонизму, и в настоящее время не может рассматриваться всерьез из-за отсутствия соответствующей флоры (береза, осина, тисе, граб, бук, вереск) и фауны (бобер, тетерев, во рон) (Мэллори, 1974, с. 21-66; Шрадер, с. 22-23).
  5. Ближний и Средний Восток был предложен Паули (Шрадер, 1886, с. 139-140) на основании того, что 'лев' - исконное индоевропейское слово. Однако нет причин исключать из зоны поиска прародины по этому признаку балкано-дунайский регион, где водился лев еще в исторические время и примыкающие к этому региону соседние области.
  6. [Анатолия]. Смежные с хеттами территории включил в зону поиска и. е. прародины Сейс (Мэллори, 1973, с. 21-66) на основании общих слов в хеттском и и. е. языках. В настоящее время уже доказано, что хеттский язык является и.е. языком, поэтому заключение Сейса можно рас сматривать, как выражение одного неизвестного через другое и как курьез.
  7. [Кавказ]. Области, соседние с Грузией, Арменией (Армянское нагорье) впервые включил в зону поиска индоевропейской прародины в 1822 году Линк (Мэллори, 1973, с. 21-66), указавший на то, что прародина индоевропейцев должна находиться в горной стране, в зоне одомашнивания растений и животных. "Отцом санскрита" Линк считал зендский язык, а санскрит исходным для всех и. е. языков (Шрадер, 1836, с. 7).

Список возможных прародин индоевропейцев в Европе

Европейская прародина для индоевропейцев впервые была предложена Лэтэмом в 1862 году (Мэллори, 1973, с. 25; Шрадер, с. 129), высказавшего простую, но труднооспоримую мысль, что легче предположить отпочкование санскрита от основной группы и. е. языков, размещенных в настоящее время в Европе, чем представить все языки происходящими от санскрита. Архаичности санскрита он противопоставлял архаичность литовского языка, зафиксированного письменной традицией на 3000 лет позже санскрита. После открытия закона палатализации была доказана ошибочность мнения Шлейхера о древности индоиранского 'а' и развития из него гласных - 'е, а, о' - в и. е. языках, поскольку все гласные существовали в праязыке.

Итак, вот возможные европейские регионы для локализации колыбели индоевропейской языковой общности:

Литература о распаде индоевропейской общности и расселении её носителей

Смотрите также литературу по индоевропейской проблеме.

Работы о членении индоевропейской праязыковой общности

Исследования о внутренних ареалах индоевропейской праобщности и очагах формирования праязыков-потомков.

Исследования об истории и миграциях индоевропейских племён


Прародина индоевропейцев: | Родственные общности | Миграции | Мифические родины | Книги об ИЕ-проблеме | Дивергенция праязыка
Родственное: Индоевропеистика | Ностратическая прародина | Y-популяции Европы | Древняя Евразия | Климаты и миграции
Полезное: Древние цивилизации | Индоевропейские мифы | Карты

© «Proto-Indo-European.ru», Игорь Константинович Гаршин, 2012. Пишите письма (Письмо Игорю Константиновичу Гаршину).
Страница обновлена 04.12.2018
Яндекс.Метрика